Подскочивший откуда-то сбоку техник-криминалист установил рядом с закопченным латунным цилиндриком картонную табличку с цифрой "6".

Пуля из табельного пистолета Кузенкова попала в дверь квартиры, куда должен был войти Заваров. Слишком высоко, чтобы поразить живую мишень очевидно, Дима стрелял, будучи раненным, в падении или уже лежа на полу.

- Когда врачи приехали, он был без сознания, - опережая вопрос Андрея, сообщил Катышев. - А первая наша машина подошла еще позже. Я отправил в больницу Тарасова, он парень цепкий, успеет с Димкой поговорить, когда тот оклемается...

Акулов не стал уточнять, какие ранения получил Кузенков.

В другом конце коридора валялись пять гильз от пистолета преступника.

Андрей присел на корточки, внимательно их рассмотрел, прочитал маркировку на донышках.

- Девятимиллиметровый "парабеллум"* испанского производства. Скорее всего, какая-нибудь "астра", "лама" или "стар"**; мне приходилось с такими сталкиваться. Нехилая машинка для человека, который еще вчера сидел в тюрьме!

* Разработанный в Германии, этот патрон используется в различных системах огнестрельного оружия разных стран мира.

** Названия наиболее распространенных пистолетов, выпускаемых в Испании.

Катышев поморщился:

- По-твоему, он не мог раздобыть ствол до посадки?

- Запросто мог...

Отведя Волгина в сторону, Андрей поделился своими сомнениями:

- Что-то не то.

Им обоим приходилось сталкиваться с Артуром. Некоторое время назад, работая по совершенно другому делу, они получили информацию о его причастности к избиению "черных" и задержали, но отпустили после нескольких часов напряженной беседы. По общему мнению, сажать Заварова было не за что. С точки зрения Уголовного кодекса он был, конечно, виноват, но по жизни - прав совершенно. Тюрьма его исправить не могла; убедившись, что к совершению тех преступлений, которые интересовали оперов в первую очередь, он отношения не имеет, ничего оформлять не стали. Кабы не дурацкое совпадение, когда один из потерпевших опознал Артура в толпе,- гулял бы он до сих пор на свободе.